Бизнес-школы приглашают слушателей, упирая на два своих главных достоинства: первое - престижное образование, второе - резкий скачок в карьере по завершении первого. Подразумевается, что выпускник МВА или получает повышение на прежнем месте, или сразу же по окончании бизнес-школы находит новую высокооплачиваемую должность. А как на самом деле трудоустроены обладатели дипломов МВА?

Армия MBA.

На первый взгляд кажется, что работодатели только и мечтают взять на работу выпускника бизнес-школы, причем на самую что ни на есть топ-позицию. Однако верно лишь то, что при любом росте безработицы такой человек не останется без внимания кадровиков. "У наших выпускников нет проблем с работой, - уверяет Сергей Мясоедов, ректор Института бизнеса и делового администрирования ИБДА. - Есть только проблема смены хорошего места на лучшее".

А путь от МВА до VIP непрост.

Владельцев дипломов МВА становится все больше. По данным Российской ассоциации бизнес-образования (РАБО), выпускников российских бизнес-школ более 50 тыс. В мировом масштабе это немного. В Америке ежегодно выпускается столько, сколько мы подготовили за десять лет.

Что касается счастливчиков с западными дипломами МВА, то, по мнению рекрутеров, их у нас около 3-5 тыс. Директор "МВА-Консалт" Вячеслав Давиденко считает, что точно цифру назвать невозможно, потому что они нигде не регистрируются. "По моим оценкам, - говорит г-н Давиденко, - всего 30% выпускников ведущих бизнес-школ возвращается в Россию".

В России действует уже целая армия, хорошо вооруженная знаниями об управлении. "Примерно 25-30% резюме, приходящих к нам в компанию, - от тех, кто закончил западную бизнес-школу", - рассказывает менеджер по персоналу компании "Катерпиллар".

За океаном меньше всего выпускников отправляется в промышленность и торговлю. Самые удачливые пристраиваются в банки и инвестиционные компании. Наибольшее количество дипломов МВА - у бизнес-консультантов в консалтинговых фирмах.

У нас все наоборот - широкого спроса на этот вид услуг еще нет, поэтому в российский консалтинг идет 0,1%. Причем эти люди чаще всего создают свои компании или организуют семинары. Судя по тому, что часть российских выпускников со степенью МВА отправились получать PhD, нужную обычно только консультантам и профессорам, по мнению директора Московской школы экономики и социальных наук Теодора Шанина, есть категория выпускников, которая стремится стать преподавателями бизнес-школ. Но такой путь изберут не более 1-3%. Остальных поглощают банки и производственно-торговые холдинги.

Диплом МВА постепенно перестает быть редкостью. Президенты компаний все меньше склонны окружать себя однокашниками и друзьями детства. Появляется мода на регулярный менеджмент и образованных заместителей. Но компании публикуют объявления о вакансии на высокие должности, все еще не указывая в требованиях "наличие диплома МВА", по нескольким причинам.

И прежде всего потому, что бизнес-культура в России развивается намного медленней, чем работает конвейер бизнес-образования.

Заказчик зреет медленно

По мнению Станислава Шекшни, автора книги "Планирование персонала и прием на работу", акционера "Вымпелкома", директора телекоммуникационной компании холдинга "Альфа-групп" и выпускника бостонской бизнес-школы, диплом МВА не означает универсального "счастливого билета" в отдел кадров любой компании.

"Работодателей можно условно разделить на три категории, - говорит он. - Первые не знают вообще, что такое МВА, потому им все равно, имеет ли кандидат такой диплом. Вторые знают, что это такое, но не разбираются, какие школы хорошие. Третья группа - самая малочисленная, но динамично развивающаяся - это руководители, которые разбираются в бизнес-образовании". Он деликатно умалчивает о четвертой категории работодателей - тех, кто знает толк в МВА, но не умеет использовать багаж образованных работников.

Получается, что одному работодателю сверхподготовленный управленец вообще не нужен, а другому подавай лучшего, с самыми престижными в мире "корочками".

"Наибольшим спросом у работодателей пользуются выпускники бизнес-школ INSEAD, LBS, Wahrton, Columbia, Chicago, Harward", - констатирует Вячеслав Давиденко. Это образование не очень приспособлено для работы в российских компаниях, поэтому выпускники стараются устроиться в западные корпорации.

Часть выпускников (по подсчетам различных школ - от 5 до 20%) организуют собственный бизнес и, случается, даже рекрутируют своих сокурсников. Так произошло, например, с Карлом Каландашвили.

После окончания бизнес-школы Высшей школы международного бизнеса (ВШМБ) профессиональный рост Карла шел не слишком гладко. Он пытался заниматься трейдингом, затем работал в компании, которая импортировала пищевое сырье. Потом перешел помощником менеджера по отчетам в крупную страховую компанию "Принципал" и ушел из нее через 3 месяца... после кризиса.

Несмотря на августовский хаос, Карл создал свое PR-агентство "Юнион-линкс" и взял на работу нескольких бывших однокурсников из ВШМБ. В первые дни в штате компании было всего пять учредителей и секретарь, а сегодня насчитывается 226 сотрудников. Клиенты Каландашвили - "Филип Моррис", "Фольксваген", "Грюнер + Яр", "Занусси", "Электролюкс", "Жиллет", "Самсунг" и другие крупные фирмы. Карлу помогает его жена Елена (которая, кстати, закончила ту же бизнес-школу).

Большинство выпускников российских бизнес-школ устраивается на работу, используя связи, сложившиеся во время учебы. И вовсе не потому, что в их среде процветает компанейство, а потому, что во время учебы слушатели успевают присмотреться друг к другу и оценить деловые качества однокурсников. Как на ярмарку, на семинары бизнес-школ приходят кадровики. Они обращаются к преподавателям за рекомендациям, и тем приходится невольно выступать в качестве рекрутеров.

Слушательнице ВШМБ Инессе Смирновой работу когда-то предложила бывшая выпускница той же школы Екатерина Коваленко. Сегодня Инесса работает генеральным директором завода "Демидовский" и сама предпочитает принимать на работу выпускников МВА, причем не только из ВШМБ, но и других бизнес-школ, для того чтобы они могли дополнять друг друга и говорить на одном языке.

Подобный найм считается близким к идеальному.

Претензии работодателей

Каких только горьких упреков не высказывают в адрес МВА-выпускников кадровики. Дескать, они излишне амбициозны и непомерно жадны в требованиях, а лояльности от них не дождешься. Частично это правда.

Директор по персоналу "Вымпелкома" Марина Олешек вспоминает, как однажды принимала на работу выпускника западной бизнес-школы. После собеседования тот снисходительно кивнул: "Ну что же, пришлите мне на домашний факс ваше предложение, пожалуй, я сравню их с другими proposals и подумаю пару недель", словно это он принимал "Вымпелком" на работу, а не "Вымпелком" - его. Компанию меньшего размера такой человек вообще не удостоил бы вниманием, хотя его ценность была лишь в потенциале, а не реальных достижениях.

Еще бы им не быть разборчивым и непостоянными, при повышенном-то внимании кадровиков и в условиях, когда непорядочное отношение работодателей к персоналу встречается сплошь и рядом в самых благопристойных компаниях. На Западе компания, которая пригласила слушателя бизнес-школы в свой штат, а после окончания учебы не может выполнить обещание в связи с сокращением штата, выплачивает несостоявшемуся сотруднику отступные в размере трехмесячной зарплаты. У нас нередки случаи, когда "слишком умному" новичку-реформатору указывают на дверь без выходного пособия.

Кадровики не хотят признать тот факт, что и сами относятся к кандидатам с дипломом МВА предвзято, предлагая им при этом заниженный компенсационный пакет и повышенные требования.

"Нас настораживает тот факт, что средний возраст большинства выпускников бизнес-школ, особенно западных, 23-24 года, - говорит мен