Белла Сорсорова Еженедельный журнал, 27.05.2003

Выбирая институт, необходимо помнить, что стоимость обучения не всегда является показателем качества.

В конце 80-х годов, когда я задумалась о том, в какой институт поступать, главным путеводителем потенциального студента был ежегодный «Справочник абитуриента». В этой незатейливой брошюре умещалась информация о всех вузах страны с перечнем специальностей, форм обучения (дневной, вечерней, заочной), адресов и телефонов приемных комиссий. Из справочника выяснилось, что специальности «журналистика» и «международная журналистика» в Москве обучают лишь два вуза: МГУ и МГИМО. Был выбран менее блатной журфак МГУ, поступление на который обеспечили репетиторы, входившие в приемную комиссию. Они и готовили отменно, и страховали на вступительных экзаменах.

Сегодня хороших и разных справочников для абитуриентов на лотках и в Интернете хоть отбавляй. И вузов в десятки раз больше: только по специальности «журналистика» в Москве учат несколько десятков университетов, институтов и академий – и государственных, и частных. Кто помнит советские продмаги, знает – выбор тем труднее, чем богаче ассортимент. Потому что в этом случае надо точно знать, чего хочешь.

Многие нынешние школьники, как и прежде, руководствуются мотивами, не имеющими непосредственного отношения к образованию: сделать приятное родителям или «откосить» от армии. Однако для большинства людей сегодня образование – это фактор престижа, причем понимаемого не в советском смысле («главное – корочка»). Речь прежде всего идет о приобретении востребованной и хорошо оплачиваемой профессии. На сегодняшний день таковыми считаются специальности экономического, управленческого и юридического профиля. Однако в каком вузе их приобретать, известно не всегда.

Вузы, в свою очередь, быстро отреагировали на потребности общества – практически каждый из них начал обучать специальностям «повышенного спроса». Но чем престижней товар, тем больше подделок. Одни вузы действительно могут чему-то научить, учебу в других можно назвать покупкой диплома в рассрочку, а третьи имеют все шансы не дожить до конца студенческой пятилетки.

ДЕКАН У ВОРОТ

Министр образования Владимир Филиппов любит рассказывать журналистам такой анекдот. Приезжает ректор вуза к своей матери в деревню. Входит в дом и говорит: «Я не один, а с деканом». Мать отвечает: «Привяжи его у ворот». Мораль такова: простой человек имеет смутное представление о сфере высшего образования, при выборе вуза абитуриенты и их родители дезориентированы и доверяют любой информации из рекламных брошюр и «заказных» статей. Более того, даже поступив в вуз, студент вряд ли поймет, хорошо или плохо его учат. «Высшее образование – это товар отложенного потребления и отложенной оценки, – говорит ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов. – Человек может объективно оценить его качество лишь через пять–десять лет после того, как получит диплом».

Студентам сложно оценить даже статус вуза, не говоря уж о собственных перспективах по его окончании. Несколько лет назад в Бишкеке (Киргизия) мне довелось общаться со студентами филиала Международного славянского университета имени Державина (Москва), не имевшего государственной аккредитации, то есть права выдачи диплома государственного образца. Первокурсники, однако, уверяли меня, что с дипломом этого вуза они без проблем найдут работу в России. Точно так же, с блеском в глазах, студенты Волоколамского филиала Российской международной академии туризма рассказывали, что через два-три года туризм в Московской области будет процветать, а вдоль Новорижского шоссе построят отели для иностранцев, в которых они будут работать высокооплачиваемыми менеджерами. Очевидно, именно это им обещали на лекциях.

Весной прошлого года представители Министерства образования и ведущих госвузов решили бороться с «подделками». Министр Владимир Филиппов, ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов и декан юрфака Санкт-Петербургского госуниверситета Николай Кропачев объявили о создании «полиции качества» высшего образования – аттестационной службы, эксперты которой будут проверять вузы, качество которых вызывает сомнения. К «группе риска» отцы-основатели «полиции» отнесли негосударственные вузы, филиалы вузов всех форм собственности, а также экономические и юридические факультеты (то есть как раз те, где обучают профессиям ажиотажного спроса). Конкретных виноватых не называли, за исключением некой академии водного транспорта, в которой зачем-то открыли юридический факультет. Эксперты «полиции» – преподаватели ведущих вузов – должны были проверять сомнительные заведения (тестировать студентов, проверять квалификацию преподавателей) и, если дела плохи, отбирать у них аккредитацию (право выдавать диплом гособразца) или лицензию, то есть вообще закрывать.

По словам Ярослава Кузьминова, около десяти программ по экономике, праву и менеджменту были закрыты, еще два десятка вузов получили предупреждение. Кроме того, у отдельных заведений постоянно возникают проблемы и без всякой полиции. На сайте Министерства образования www.informika.ru и личном сайте министра www. philippov.ru время от времени появляются сообщения об отзыве лицензий. Так, за недобросовестную рекламу на три месяца был лишен лицензии московский Институт экономики и культуры. Вуз, не имеющий государственной аккредитации, тем не менее обещал абитуриентам диплом государственного образца и отсрочку от армии.

А Московским государственным университетом сервиса занимается уже не Министерство образования, а УБЭП ГУВД Москвы. Ректору предъявлено обвинение в присвоении средств и незаконном предпринимательстве. Часть полученных доходов не реинвестировалась в учебный процесс, как того требует закон «Об образовании». Число студентов было превышено почти в два раза.

Представительства университета в регионах не имели ни лицензий, ни аккредитаций, но студенты там учились и исправно платили деньги (учебный процесс может быть организован только в филиале, а представительства могут лишь распространять информацию о вузе и набирать студентов).

Недавно возник скандал с большим частным вузом – Воронежским экономико-правовым институтом. В его филиалах в Воронежской области и окрестных регионах обучалось почти 14 тыс. студентов. Отдельные филиалы не имели лицензий, да и учили там как придется всего за 300 долл. в год. В результате Министерство образования лишило институт аккредитации, приостановило лицензию, и его студентам теперь прямая дорога в армию.

Впрочем, Филиппов и Кузьминов признают, что иные частные вузы дадут фору многим государственным и по уровню преподавателей, и по масштабам научных исследований и проч. У частного образования есть несомненные достоинства – прежде всего индивидуальный подход к студентам. Филиалы также неоднородны, и низкая стоимость обучения не всегда признак халтуры. Например, в недорогих филиалах Современного гуманитарного института (СГИ) и Московского госуниверситета экономики, статистики и информатики (МЭСИ) используют телевизионные и компьютерные образовательные технологии – за счет этого получается дешевле.

ИНФОРМАЦИЯ ВМЕСТО ПОЛИЦИИ

Но в целом за год работы «полиции» ситуация принципиально не изменилась и вопрос о том, как проверить качество образовательного товара, остается открытым. Дело в том, что объективных и полных источников информации о системе высшего образования в России не существует. Однажды была предпринята попытка сделать независимый рейтинг учебных заведений. На сайте Владимира Филиппова висит рейтинг вузов, составленный министерством в 2001 г. на основе данных, представленных о себе вузами: от количества компьютеров до защищенных докторских диссертаций. Вузы были распределены по группам (университеты, экономические вузы и т.д.) и ранжированы. Все было сделано по западным образцам – за одним исключением: конкретная информация по каждому вузу на сайт не попала. Словом, абитуриенту, чтобы избежать разочарования, придется составлять подобный рейтинг самому. Вот минимальный набор того, что важно знать об избранном вузе: каковы учебные планы и примерные программы, кто преподает, есть ли у вуза общежития, спортивные сооружения, сколько компьютеров приходится на одного студента, имеется ли хорошая библиотека (не многие частные вузы и филиалы могут ею похвастаться). Редко случается, чтобы дела обстояли блестяще по всем этим параметрам, и здесь каждый выбирает то, что для него важнее. Но это уже осознанный выбор, учитывающий все плюсы и минусы данного учебного заведения. Важен и финансово-экономический портрет вуза или филиала: если абитуриент узнает, сколько в среднем зарабатывает преподаватель и сколько денег тратится на обучение одного студента, он уже многое поймет про свою будущую жизнь. Ведь в двух вузах с одинаковой стоимостью обучения эти показатели могут различаться кардинально.

Другой вопрос, что мало кто готов представить финансово-экономические данные (которые у нас даже в госучреждениях почему-то составляют коммерческую тайну), равно как и примерные программы (интеллектуальная собственность). Пока единственный российский вуз, опубликовавший о себе все нужные абитуриенту сведения, – Высшая школа экономики. На сайте www.hse.ru можно найти ее программы, учебные планы всех групп, информацию о преподавателях, а также отчеты о ее доходах и расходах за последние три года, сведения о фонде оплаты труда, динамике доходов преподавателей и расходах на одного студента. Только вот сравнить эти цифры не с чем.