В этом году наши ребята очень хорошо сдали ЕГЭ. Это в федеральном центре показалось подозрительным, и мы очутились в черном списке. Но никто не спрашивает, что позволило нам достичь успеха. С учителями всю осень работали преподаватели ВУЗов - по самым сложным контрольно-измерительным материалам (КИМам). Мы выпустили множество пособий для школьников. Выпускная работа учителей, проходивших курсы, представляла собой сборник тренировочных заданий, составленных по образцу КИМов. И эти сборники мы раздавали всем одиннадцатиклассникам. Мы напечатали огромное количество бланков, чтобы дети научились выводить эти злосчастные цифры, из-за которых в прошлом году показатели ЕГЭ были хуже, чем могли бы быть. В прошлом году семь процентов `двоек` нас ужаснули. В этом году все выпускники в обязательном порядке сдавали экзамен по математике в форме ЕГЭ, и результаты в нашей республике чуть выше, чем в целом по стране.

Те `двойки` и `пятерки`, что были в прошлом году, не показательны. И хотя был очень большой соблазн на основе результатов ЕГЭ принимать какие-то управленческие решения, мы наложили запрет даже на обсуждение этой темы. Вот если хотя бы пару лет подряд в одной школе было, скажем, 17 процентов `двоек`, тогда был бы повод для разговора. Так же было бы неправильно сравнивать результаты ЕГЭ в разных регионах. Ведь по условиям участия в эксперименте регионы отличаются друг от друга и по количеству участников ЕГЭ, и по наработанному опыту. Надо на другое смотреть: где лучше получилось, где хуже, какой опыт стоило бы перенять. Технология проведения ЕГЭ, в принципе, одна, но сложности при ее реализации в каждом регионе возникали свои. Мы, например, как оказалось, подготовили недостаточное количество экспертов, и в результате им пришлось работать несколько дней чуть ли не круглосуточно. А кто-то из другого региона рассказывал, что там справились за день. Чтобы подобных сложностей избежать, надо изучать чужой опыт.

В этом году мы оказались впереди всех регионов по... количеству апелляций. Причина нам известна. В прошлом году в Москве произошла техническая ошибка, и часть С не соединилась с частями А и Б. Все ребята знали, что правильно решившие часть С должны были получить `пятерки`. Учителя многим детям подтвердили правильность их решения. А результаты пришли далеко не те, что ожидались. И тогда 700 апелляций удовлетворили чисто технически. Следствие: в этом году у нас апелляций было более двух тысяч! Писал каждый, кому не лень: а вдруг машина ошиблась? Мы оказались в очень сложной ситуации, причем совершенно неожиданно, и в очень трудное положение поставили Центр тестирования: ведь все равно Москва все работы перепроверяет. А что мы могли сделать? Это право каждого ребенка - подать заявление на апелляцию. Мы отнеслись к этому явлению серьезно. Никому не отказывали. Эксперты перепроверяли каждую работу при ребенке и его родителях. Изменили оценку буквально единицам, и то всего на один балл. Надо заметить, что машинам люди еще не вполне доверяют. Это заметно. Показываем работу на экране компьютера - просят показать оригинал: `вдруг не так сканировали`. Думаю, в следующем году такая ситуация уже не повторится, опыт этого года станет уроком.

Технология проведения ЕГЭ в этом году значительно больше, чем в прошлом, обеспечила секретность и повысила объективность экзамена. Слабых звеньев, дающих возможность необъективного подхода, практически нет. С моей точки, зрения секретность, в принципе, может быть нарушена только в самом месте проведения экзамена. Вот тут действительно надо исключать человеческий фактор. Люди есть люди: начали проявлять активность, пытаться выйти на тех, кто проводит экзамен. Чтобы не дать им даже шанса на успех, в этом году мы приняли ряд мер. Например, организаторы приходят на ЕГЭ в одну школу, а мы их всех разом перевозим в другую. В какую - они до последнего момента не знают. Кроме того, мы решили, что классы, где проходит единый государственный экзамен, должны просматриваться из коридора, и представитель государственной экзаменационной комиссии контролирует, чтобы никто из взрослых не входил в помещение, где идет экзамен, и не выходил из него.